0
Корзина пуста

СКАЗКИ СОЛНЕЧНОГО ЗАЙЧИКА

Журнал для родителей УМКА
Наш человечек


Автор Александра Ерпылева. Главы 1-3

Глава 1. Доня

Я думала, что только Антуану де-Сент Экзюпери повезло познакомиться и подружиться с обитателем далекой планеты…Оказывается, что не только ему, но и…мне, представляете?

Сижу себе сегодня, пуговицу пришиваю. И вдруг – рррррраз - и через окошко, ррррррраз – и передо мной прямо усаживается яркое желтое чудо, хитро прищуривает один глаз и говорит:

- Прррррррривет!

- Здравствуй, - говорю, - ты откуда тут взялся?

- Оттуда… - важно сказало оно и показало лапой на солнце за окном. – Я Заяц. Солнечный. Доней звать. А тебя?

- А меня Саней.

Почему-то я ни капли не удивилась.

- Неплохо тут у тебя. Я осмотрюсь получше – можно? – и, не дожидаясь моего ответа, Доня вскочил на табуретку, пробежался по книжным полкам, посчитал лампочки в люстре, шлёпнулся на световой стол, покрутился на нём и, бесцеремонно уткнув лапы в короб с песком, вынес вердикт:

- Скучаешь по лету.

- Почему это? – не поняла я.

- Потому что даже песок в комнату принесла. Лето, тепло, речка, песок. Вот ты его и взяла его себе до лета на память.

- Скучаю… Но не настолько.

Теперь уже был мой черёд прищурить глаз, что я и сделала. Потом подошла к столу, включила подсветку, бросила горсть песка на стекло. Доня задумчиво пошевелил ушами, почесал нос, затем мордочка его расплылась в улыбке:

- Аааааа, здорово! Песок с подогревом!

- Это не подогрев вовсе, – не выдержала я, - это световой стол. На нем рисуют песком.

В зеленых как первая весенняя трава, глазах Солнечного Зайца сверкнули золотистые искорки, он вылез из песка, примостился на бортике стола:

- Как это?

Я быстренько нарисовала пальцем какую-то закорючку на песке:

- Примерно так.

- Нарисуй меня, – попросил Доня и скорчил такую рожицу, что я рассмеялась.

Доня захохотал вместе со мной. Вы когда-нибудь слышали смех солнечного зайчика? Вот и я тоже. Словно кто-то заиграл на тончайших струнах солнечного света мелодию тепла. Я даже заслушалась, но тут желтоухий перестал смеяться, выгнул спинку, растопырил уши и повторил:

- Нарисуй меня.

Я нарисовала как могла. Доня посмотрел на картинку и нахмурил брови:

Хм…Неидеальное сходство. Допустим, ты –то знаешь, что это я нарисован. А если другие посмотрят и не поймут? Напиши еще имя.

Я вывела слева большими буквами: «Доня».

Зайка запрыгал по стеклу:

- Класс! Класс! Класс! – потом вдруг замер. – Только не очень понятно теперь, что это именно мое имя, а не чьё-то другое и просто рядом написано…

Я пририсовала стрелочку от имени к портрету. Желтая мордашка расплылась в улыбке:

- И папу-Солнце надо бы, и цветочки – я ромашки люблю – они как маленькие солнышки…

Я набросала из песка дерево, прописала ромашки, еще какие-то цветочки и даже тучку кулаком завернула. Доня от радости проскакал дважды по потолку, проскользил по холодильнику и уселся мне на плечо, болтая лапами:

- А мне у тебя определенно нравится, – подытожил он, - с тобой не скучно. Пожалуй, обоснуюсь тут, до утра, пока папа-Солнце не проснется. Он не разрешает мне одному гулять, когда темно – говорит, что я еще маленький.

Разумеется, мое согласие моего нового знакомого не сильно волновало. Да я и не была против - всегда приятно знать, что рядом с тобою находится Солнечный Зайчик.

- Ты любишь всякие истории и сказки? – продолжал Доня, устраиваясь на грядушке кресла. – Я очень люблю и даже коллекционирую их. Знаешь, какое это непростое дело…

Тут малыш зевнул и уже сонным голоском пробормотал:

- Но об этом позже. Устал я сегодня – напрыгался всласть. Посплю, пусть лапки отдохнут. Я разбужу тебя утром…

Вот сижу я, рассказываю вам всё это, а Доня посапывает тихонько над ухом. Пусть спит. И я прилягу. А завтра расспрошу у него обо всем – надо только дождаться папу-Солнце вместе с новым днём. Подождём?


* * *


Глава 2. Важное дело Солнечных Зайцев


То ли я слишком долго засыпала, то ли папа-Солнце решил встать пораньше, только утро наступило неожиданно быстро. Невесомые мягкие лапы выплясывали на моём носу победный танец индейских охотников, а в комнате звенела песенка:


- Новый день пришёл – ура!

Всем вставать давно пора.

Свои глазки открывай,

Папу-Солнышко встречай!


Пришлось приоткрыть один глаз:

- Доня, ещё рано!

Желтоухий прекратил солнечный массаж моего носа, уселся на подоконник и заявил:

- Я уже проголодался.

Точно! Совсем забыла покормить малыша. Конечно, я же первый раз в жизни встретилась с Солнечным зайцем и не совсем представляю, что им можно и нужно есть. Я быстренько заправила постель, умылась, почистила зубы и даже вытерла ушастому лапы – как говорится: мойте лапы перед едой, и предложила:

- Овсянку будешь?

- Не-а. – поморщился Доня. – Это вам, людям, особенно деткам по утрам надо кушать кашу, чтобы быть здоровыми и сильными, а нам – солнечным зайцам – овсянка ни к чему. Мы улыбками питаемся.

Ложка в моих руках застыла над пакетом «Геркулеса»:

- Как это?

- Да очень просто: искренняя, настоящая улыбка очень светлая и теплая. А чем больше тепла и света – тем для нас лучше и…вкуснее. – мечтательно подытожил родственник папы-Солнца и погладил своё брюшко.

Не знаю, как вы, а я равнодушно на солнечных зайцев смотреть не могу, тем более – на таких хорошеньких и сообразительных, и улыбка у меня выползла от уха до уха.

- Большое спасибо! Завтрак на славу! – довольно сказал Доня и состроил донельзя невинную и бесхитростную мордашку. – А малюсенького кусочка пирожного на десерт у тебя не найдётся?

Дальше моей улыбке расплываться было просто некуда, поэтому я расхохоталась. Пирожного у меня не нашлось, зато был вкусный шербет. Я ела кашу, а зеленоглазый уплетал сладенькое и потряхивал ушами от удовольствия.

- Кстати, где ты научился так танцевать? – спросила я, вспомнив Донины выкрутасы на моем сонном лице.

- Фэто фу фас фофённое. – пробормотал он с набитым ртом.

- Что-что?

Зайка дожевал последний кусочек шербета, перебазировался со стола на холодильник и повторил:

- Это у нас врождённое. Все солнечные зайцы прекрасно танцуют. Особенно быстрые и ритмичные танцы. А снежинки мастерски ведут хороводы, а осенние листья – прекрасно вальсируют, только почему-то не все и не всегда это замечают.

- Люди часто спешат на работу или по другим делам и не успевают обращать внимание на листья или снежинки. – попыталась я оправдаться. – Ведь у них столько дел, надо всё успеть. А у вас - солнечных зайцев, забот и дел поменьше, наверное, вот вы и разглядываете снежинки и травинки, листочки да букашек.

Доня чуть не свалился с холодильника от возмущения:

- А вот и неправда! У нас полным-полно поручений от папы-Солнца – только успевай выполнять. Но это не мешает нам замечать красоту вокруг и делиться радостью от увиденного. Смотри!

Доня метнулся на подоконник, затем выпрыгнул в форточку на улицу и принялся скакать по веточкам соседнего дерева. Обыкновенное дерево с обыкновенными ветками. Обыкновенно зимнее утро. Обыкновенный иней на этих самых ветках. Но когда к ним прикасался Солнечный зайчик – казалось, что все они усыпаны маленькими сияющими искорками всех цветов радуги. Идущая мимо девочка лет десяти вдруг остановилась, внимательно посмотрела на это обыкновенное дерево с прыгающим по ним обыкновенным солнечным зайцем и, улыбнувшись необыкновенно чудесной улыбкой, вприпрыжку отправилась дальше. Запыхавшийся, но счастливый Доня вернулся ко мне в комнату и выпалил:

- Видала?

- Да, чудесно! – честно призналась я. – Прости. Я и не думала о том, какое важное у вас в мире дело – помогать видеть прекрасное и делиться радостью. Теперь я понимаю, почему тебе так нужны улыбки – ты же все их потом другим снова раздаёшь!

Доня смущенно опустил глаза и зашаркал лапкой по полу:

- Не совсем все. Некоторые я оставляю на память.

Я погладила его по скромной ушастой голове, улыбнулась от всего сердца и сказала:

-Возьми еще одну. Мою.

Зайка сделал двойное сальто, уселся мне на плечо и снова в зеленых глазах его блеснули золотистые искорки.

- Нам пора на работу, - заявил он и тихонько добавил, - делать добрые дела. До встречи вечером!

Доня унесся на улицу, я собралась на работу и по пути туда все время думала: кого он имел ввиду, когда сказал «НАМ».


***************

Глава после второй. Снеговаятели


Ночью пошёл снег. Утром в пушистые белые шубки нарядились дома, деревья, машины, а земля укрылась огромным белоснежным пледом, по которому самые ранние прохожие протоптали узенькие стёжки-дорожки.

Доня носился по всей комнате со скоростью кометы:

-Саня! Снег! Зима! Пошли скорее снеговика лепить! Солнечные зайчики- самые лучшие снеголепщики на свете!

-Снего-кто? – улыбнулась я.

- Ну, снеголепщики… Или снеголепильщики.

Доня остановился, и на мгновение его мордашка приобрела самое наиумнейшее выражение, ушки вытянулись в струнку, и зайка изрёк:

- Снеговаятели. Мы – снеговаятели. – и полет Дони-кометы продолжился.

Я уже накинула куртку, взяла варежки, и тут желтоухий метнулся к холодильнику:

-Морковку для носа не забудь!

-Ах, да. Какую?

- Эту. - Доня ткнул лапой в самый большой корнеплод и умчался на улицу. – Догоняй!

А снаружи и правда было здорово! Тихо, мягко и красиво. Снежинки водили свои лёгкие хороводы, и, кажется, я даже расслышала их негромкую песенку.

- Классно поют, да? Заслушаешься. – Пушистик пошевелил ушами и плюхнулся в снег, растопырив лапки.- Но, у нас – дело. Давай снеговаять.

И мы принялись за работу. Доня показывал мне направление, а я катила снежный ком. Точнее, поднимала и перетаскивала его с места на место, потому что длинноухий то и дело скакал в разные стороны, приговаривая:

- Отсюда возьмём немножко, - затем отпрыгивал на пару метров. – Теперь отсюда…

Да, что снеговаятелем быть непросто, я поняла уже после первой сделанной детали, когда весь двор исходила с комом снега, пока Доня сам с собой решал, где будет лучше жить нашему снеговику:

- Тут попробуем. - Нет, не пойдёт. А если тут? – Нет, тут плохо видно. А тут?

Я водрузила треть снеговика у ближайшего ко мне дерева:

-Здесь давай, а?

Зайка пошевелил бровями, состроил лапами «подзорную трубу», посмотрел в неё, посчитал количество шагов от снежного кома до тротуара и до двери подъезда и выдохнул:

-Пойдёт. Давай второй.

После третьего кома я поняла, что никогда не стать мне настоящим хорошим снеговаятелем, зато Доня, по-моему, остался доволен. Он выбрал подходяшие веточки для «рук». Я воткнула их в средний ком.

-Лапки, лапки катай. – прыгал от нетерпения счастливый Солнечный Заяц.

Скатав два маленьких снежных шарика, я нагнулась, чтоб прилепить их внизу.

-Ты куда? – встрепенулся ваятель.

- Лапы прилепить.

- Так не туда. Вот сюда давай. – и Доня уселся на верхний ком.

Решив, что Зайка хочет ушастого снеговика, я шлёпнула комочки в указанные места.

- А теперь – морковку, - руководил лучший в мире снеговаятель, - вот сюда. – и прыгнул на нижний шар.

-Доня, это же нос, он на голове должен быть, а не внизу.

-А почему ты решила, что голова вверху? Она внизу. А вот – лапы. Это же первый и самый весёлый снеговик этой зимы. А когда снеговики веселятся – они становятся вверх ногами. Ууух! Это так весело! – и он тут же подтвердил свои слова стойкой на ушах и поболтал лапами в воздухе. Видишь?

Вижу. С Солнечными зайцами не соскучишься. Я воткнула морковку в нижний шар, прикрепила две крышечки от бутылок – как глазки, и из палочек соорудила улыбку:

-Готово.

Самый лучший снеговаятель оглядел снеговика с головы до ног, потом – с ног до головы и остался доволен:

-Класс! Всем снеговикам снеговик! Красивый и глаза голубые. Издалека видно. Пусть приживется тут пока. Пошли чай пить. Я так наснеговаялся, что проголодался. – и Доня чинно зашагал к подъезду, смешно подергивая хвостиком.

Потом, когда мы пили чай, а на улице на прохожих снизу вверх смотрел голубыми глазами новорождённый улыбчивый снеговик, я все-таки спросила Зайчика:

-Скажи, а зачем снеговику морковка?

-Для яркости, конечно, чтоб издалека заметно было.

Да уж, такого весёлого снеговика - от лучшего в мире снеговаятеля, трудно не заметить.


Продолжение следует.

Гость

Замечательные, добрые сказки! Огромное спасибо автору и журналу за них!

комментировать